Исполнилось 50 лет самой знаменитой пресс-конференции в истории поп-музыки

Меломанам молодого и даже среднего возраста трудно себе представить, какой ажиотаж вызвал перформанс, который устроили ровно 50 лет назад Джон Леннон и Йоко Оно в амстердамском отеле «Хилтон» после того, как расписались в Гибралтаре. Приехав в Амстердам, они сняли в «Хилтоне» президентский номер, потребовали вынести из него всю мебель, оставив только двуспальную кровать, и разослали в СМИ открытку: «Приходите на медовый месяц к Йоко и Джону: лежачий протест, амстердамская гостиница».

И журналисты, естественно, повалили валом. Джон и Йоко принимали их, лежа под одеялом в пижамах, и с 9 утра до 9 вечера отвечали на вопросы СМИ, а также  рассуждали о мире и о том, что пора прекращать войну во Вьетнаме. Всё это было тем более пикантно, что незадолго до этого они выпустили свой первый альбом «Два девственника», который в музыкальном отношении ровно ничего собой не представлял, поскольку музыки на нем не было. Зато всю обложку конверта украшала фотография голых Джона и Йоко.

Есть много версий того, «чем всё это было». Выдвинем и мы свою, исходя из принципа «кому это выгодно?». Позднее Леннон писал, что, мол, «мы решили, что будем продавать наш товар, который называется мир. А чтобы продать его нужна приманка, которой мы сделали постель». Тут забавно то, что Джон изображает из себя крутого маркетолога, которым никогда не был - The Beatles всегда вели свои дела вне музыки спустя рукава. Да и рекламная раскрутка Джону была не нужна: распад группы, уход от первой жены к Йоко и т.д. и без того будоражили прессу и фанатов.

А вот кому всё это было нужно, так это Йоко. Неудавшаяся музыкантша (в колледже она училась литературе и музыке, собираясь стать оперной певицей), неудавшаяся жена (два развода перед замужеством с Ленноном) и, главное, неудавшаяся художница-авангардистка, которую никто не принимал всерьез.

Даже много десятилетий спустя, когда благодаря Джону Йоко Оно стала всемирно известна, а потом еще оказалась самой знаменитой на планете вдовой, в серьезной профессиональной среде ее выдающейся художницей так и не признали. Ее работы брали на выставки, так как ожидали, что имя Йоко Оно привлечет посетителей, но они не были ни революционны в художественном смысле, ни особо остроумны.   

Так что если кому благодаря этой истории с пресс-конференцией в постели и нужна была рекламная раскрутка, так это Йоко – тем более, что пресса относилась к ней как к главной, как тогда считали, причине распада The Beatles, неприязненно. А поскольку руководила в их паре, похоже, она (Джон, несмотря на то, что изображал из себя «мачо», был, судя по реальным событиям в его жизни, человеком слабохарактерным), что-то вроде состоявшегося в «Хилтоне» перформанса было неизбежным.

То, что они говорили о мире и войне во Вьетнаме тоже, скорее всего, было лишь данью ситуации. Естественно, что Леннон на окончание этой войны повлиять никак не мог – у него были миллионы поклонников в мире музыки, но никакого влияния в политическом плане, какие бы конспирологические версии ни строили потом журналисты. Что касается «мира во всем мире», то если бы эта пресс-конференция состоялась пятнадцать лет назад, Джон и Йоко, скорее всего, говорили бы на ней не о мире, а о защите животных, десять  лет назад – об окружающей среде, а сейчас – о движении MeToo. Конечно, Йоко Оно могла бы это делать и сейчас, но без Джона ей внимания прессы не привлечь.

Так что пятьдесят лет спустя никакого особого «высокого смысла» в этом перформансе обнаружить уже не удается, а из «битломанов» о нем вспоминают те, кто считает, что главным в The Beatles был Джон Леннон. И все-таки он остается самой знаменитой в истории поп-музыки пресс-конференцией.  

Алиса Куницына, Lenta.UA

Заставочное фото: El Cultural