В Париже президент Франции произнес речь, посвященную 200-летию со дня смерти Наполеона

200-летие со дня смерти Наполеона, об отношении к которому во Франции мы вчера подробно писали, было интересно в первую очередь тем, что скажет об этой дате президент страны Эммануэль Макрон. Ведь историки, публицисты и простые французы, в принципе, имеют право говорить по этому поводу, что угодно (точнее, почти, что угодно – в рамках закона). В том числе - выдвигать на первый план, например, что Наполеон восстановил в тогдашних заморских колониях рабство, которое отменила Великая французская революция – хотя и тут его сторонники говорили, что это было обусловлено только экономическими причинами. И, понятно, что все ожидали, как отреагирует на это Макрон, учитывая движение BLM, которое уже приобретает глобальный характер.

Скажем даже больше – Макрон должен был дать некий свой вариант позиции Запада по отношению к его историческому прошлому. А то, что это вопрос актуальный, демонстрирует хотя бы «памятникопад» в США, где с пьедесталов свергают статуи деятелей Конфедерации. В итоге президент Франции, судя по сообщению francetvinfo.fr, кое-какие вопросы обошел, но зато выдал чеканную формулировку, которая может стать универсальной по отношению к историческому прошлому не только Франции.

Восстановление Наполеоном рабства, сказал Макрон, это, конечно, ошибка, даже предательство духа Просвещения. Но (тут так и хочется добавить сакраментальное «но мы его любим не за это») французы любят Наполеона за то, что его жизнь – это приглашение для каждого из нас рискнуть. Дальше последовала привычная для любого политика формулировка о том, что французы взяли от того, что сделал Наполеон, лучшее и отказались от худшего. А еще Макрон сделал заявление, которое больше подошло бы писателю - мол, Наполеон мог быть одновременно душой мира и демоном Европы. И вот тут впору вспомнить афоризм знаменитого настоящего писателя 19-го века о том, что «слишком уж широк человек, я бы сузил».

Но главное, что сказал Макрон в своей речи, это всё же формулировка, о которой мы упомянули выше. «Наполеон – это часть нас», - сказал Макрон. И добавил, что Франция имеет давнюю историю, от Хлодвига I (466-511 гг) до наших дней, «и мы принимаем ее целиком».      

Сергей Семенов, Lenta.UA

Фото: Эммануэль Макрон с женой у гробницы Наполеона Yahoo