Четыре века назад в Лондоне в эти дни состоялась премьера трагедии Шекспира «Отелло»

Сразу скажем, что локдаун был, естественно, не коронавирусный, как сейчас, а чумной. Кто-то, может быть, сразу вспомнит о так называемой «Великой чуме в Лондоне», но ее эпидемия, которую можно сравнить только с печально знаменитой «Черной смертью» в Европе середины XIV века, случилась позже, в 1665-1666 годах. Тогда погибло 100 тысяч человек, примерно четвертая часть населения Лондона. И это еще не самое худшее – в Севилье и Неаполе десятью годами раньше от чумы умерла половина жителей. В начале же века были лишь (если тут уместно слово «лишь») вспышки болезни, с которыми боролись как сейчас – карантином. Театры, например, закрывали в Лондоне при жизни Шекспира, который был, как известно, не только драматургом, но и актером, не раз – не только в 1603-м, но и в 1593-1594 годах.

По совпадению (может, случайному, а, может, и нет – смерть обостряет эротическую составляющую, вспомним тот же «Декамерон», действие которого тоже происходит во время чумы), в тот первый локдаун Шекспир написал две любовные поэмы, а в 1604-м – знаменитую трагедию, где тоже всё построено на любви, «Отелло». Именно поэтому она выделяется из четверки самых знаменитых его трагедий, в которую входят также «Гамлет», «Король Лир» и «Макбет», где любовь находится где-то на втором плане. Но мы сейчас не будем разбирать саму пьесу, о которой написаны тысячи, статей и книг, а расскажем, что же собой представлял в то время шекспировский театр.

Однако считать, что Шекспир был еще и царедворцем, вряд ли стоит. Гениальность все равно выводила его за любые поставленные рамки. Тот же «Макбет», как принято считать, был написан им по заказу его труппы, чтобы понравиться королю. Но помимо места действия и, может быть, ведьм, вся остальная пьеса вряд ли соответствует духу заказа.                

Фото автора: шекспировский театр «Глобус» стоит, как и раньше, на берегу Темзы