Глобальный градус: какую роль в украинской и иранской войнах играет Китай

Затянувшийся ближневосточный конфликт стал серьезным вызовом для Китая, столкнувшегося с многочисленными новыми рисками в связи с угрозой нарушения энергетических поставок, закрытия торговых маршрутов и возможностью срыва инфраструктурных проектов в рамках небезызвестной стратегии «Пояс и путь». «В сложившихся обстоятельствах КНР ищет способы не только минимизировать неизбежный ущерб от войны для китайской экономики, но и укрепить свои позиции как мировой державы, сумевшей остаться над схваткой и развивающей отношения со всеми конфликтующими центрами силы», - отмечает в данном контексте Politico. Издание акцентирует, что ключевой фигурой в китайском руководстве, определяющей его подход к конфликту на Ближнем Востоке и поддерживающей активные контакты как с Тегераном, так и с западными союзниками является глава МИД КНР Ван И. Отметим, что главный китайский дипломат за время полномасштабной войны ни разу не посещал Украину. При этом в Москву он ездил и не единожды, но в 2023-м на полях Мюнхенской конференции по безопасности таки провел встречу face to face с тогдашним главой отечественного МИДа Дмитрием Кулебой.

«Сейчас всем сторонам необходимо не подливать масло в огонь, а коренным образом решить проблему и совместно работать над тем, чтобы вернуть вопрос на путь политического урегулирования посредством диалога и переговоров», — заявил Ван И в ходе состоявшейся во вторник, 24 марта встречи в Пекине с советником премьера Великобритании по национальной безопасности Джонатаном Пауэллом. В сообщении внешнеполитического ведомства КНР, распространенном по итогам переговоров, отмечается, что «влияние ситуации в Иране расширяется и затягивание военных действий лишь нанесет больший ущерб и приведет к более серьезным последствиям».

Британская активность китайцев, надо сказать, впечатляет. На прошлой неделе тот же Ван И провел телефонный разговор со своей британской коллегой Иветт Купер, предупредив, что затягивание военных действий в Иране не приведет к чьей-либо победе и «люди хотят прекращения огня».

«Конфликт на Ближнем Востоке не только наносит удар по миру и стабильности в регионе, но и оказывает прямое влияние на международную энергетику, финансы, торговлю и судоходство, причиняет ущерб общим интересам всех стран. Китай настаивает, чтобы все стороны немедленно прекратили военные действия, урегулировали разногласия путем равноправного диалога, совместными усилиями поддержали мир и стабильность в регионе», — цитирует сайт МИД КНР слова Ван И.

Турбодипломатия китайцев в британском направлении не является, впрочем, уникальной. Еще одним европейским собеседником, с которым Ван И обсудил войну в ближневосточном регионе стал дипломатический советник французского президента Эмманюэль Бонн. «Проблема не может быть решена силой, и несправедливые войны не должны продолжаться», — заявил постфактум Ван И, повторив свои тезисы о том, что распространение конфликта и риск вовлечения в него все большего числа государств не только влияют на стабильность глобальных поставок энергоносителей, но и грозят вызвать масштабный гуманитарный кризис.

Обращает на себя внимание тот факт, что многочисленные китайские призывы к миру на Ближнем Востоке не содержат никаких упоминаний отдельных стран и обходят стороной вопрос о причинах конфликта и его виновниках. То есть, Поднебесная, в отличие от путинской России, ведет себя подчеркнуто сдержанно, делая акцент на том, что война в ближневосточном регионе становится глобальным дестабилизирующим фактором.

Весьма и весьма показательно, что в то время, как кремлевский диктатор Путин с момента начала конфликта направил уже три послания иранскому руководству в связи с убийством верховного лидера Ирана Али Хаменеи и секретаря Высшего совета национальной безопасности Али Лариджани, а также после избрания нового верховного лидера страны, председатель КНР Си Цзиньпин пока предпочитает воздержаться от публичного выражения соболезнований и солидарности с Тегераном. По убеждению экспертов, такая линия Китая связана с неопределенностью по поводу американо-китайской встречи на высшем уровне, которая планировалась на конец марта, однако была перенесена по инициативе Белого дома.

Ведущее информагентство КНР «Синьхуа» отмечает, что просьба Дональда Трампа отложить встречу, поступившая после начала операции в Иране, стала новой головоломкой для китайского руководства, не понимающего, как конфликт на Ближнем Востоке в итоге скажется на переговорных позициях двух мировых держав перед их решающим торгом по условиям «большой сделки». Как подчеркивает издание, задержка с проведением саммита Трампа и Си Цзиньпина может привести Пекин к выводу о царящем хаосе в Белом доме и неспособности американской стороны отделить оперативное кризисное управление, связанное с Ближним Востоком, от необходимости одновременно заниматься выстраиванием стратегических отношений с Китаем. По оценке издания, в КНР выражают опасение, что неопределенность, порождаемая импульсивным стилем политики трамповской администрации, снижает шансы на проведение саммита с «четкой повесткой дня и ожидаемыми результатами».

В том, что Россия и Китай на всем этом фоне попытаются развязать новые конфликты, убежден политолог, офицер ВСУ Михаил Басараб: «Все, что сейчас закрутилось на Ближнем Востоке, вполне прогнозировано. Ситуация закономерно приближалась к пересечению «дежурного Рубикона». В ближайшие недели и месяцы, когда ситуация по Ирану зависнет или начнется продолжительная наземная операция — именно то время, когда Россия и Китай попытаются зайти в чувствительные места НАТО. Судьба Ирана мало на это повлияет. Россия, например, оккупирует небольшую территорию Североатлантического союза в регионе Балтики. А Китай сделает что-то очень конкретное в направлении Тайваня. Далее россияне и китайцы будут наблюдать за процессами внутри НАТО. В их фокусе – уничтожение глобального американского лидерства, разрушение НАТО и декомпозиция ЕС. Глобальное вооруженное противостояние стало практически неизбежным. Разве что «черный лебедь». Но ждать его — такое себе дело. Хорошо ли это? Конечно, нет. Но мы сделали больше, чем могли, чтобы уберечь западный мир от войны и «тихого» поражения. По сумме факторов мы готовы к новой реальности больше, чем большинство или все сегодняшние партнеры. Новая реальность объективно создаст обстоятельства не только новой субъектности, но и лидерства Украины в процессах мирового масштаба. Наш вызов – это справиться с новой ролью и новым статусом. Это задача не из легких, хотя все необходимое для этого у нас есть».

Возвращаясь же к американско-китайскому дипломатическому треку, отметим, что Вашингтон и Пекин продолжают работать над устранением взаимных разногласий по торгово-экономическим вопросам.

В частности, по итогам состоявшегося давеча в Пекине раунда двухсторонних консультаций, на которых делегацию КНР возглавлял вице-премьер Госсовета Хэ Лифэн, стороны договорились «укреплять диалог и контакты, расширять сферу практического сотрудничества, содействовать устойчивому и стабильному развитию двусторонних торгово-экономических отношений».

Как заявила официальный представитель Министерства коммерции КНР Хэ Юнцянь, среди наиболее актуальных вопросов, которые обсуждают сейчас США и КНР— пошлины, стимулирование товарооборота и инвестиций. По ее словам, в последнее время китайская и американская стороны «достигли взаимопонимания по ряду новых аспектов» и непременно продолжат переговорный процесс, который носит не только межгосударственный, но и глобальный характер.